Морриган пишет: Представить Эли на ее рабочем месте, в привычной форме, бросающей свежеприготовленное печенье с перепугу, было легко, а вот того, в кого это печенье летело – уже сложнее. Забавно, как можно девять лет хранить в памяти каждую черту чужого лица, а потом, в один момент, заставлять себя начать забывать. Нарочно. Осмысленно. То, как она цеплялась за образ и память о муже стало ножом, который вонзили в сердце, ударив со спины – поздновато было пытаться затупить его края. Но как можно по-другому Морриган просто не знала... читать дальше